note del cinema
Вселенная фильмов Вуди Аллена
Если разложить творчество Вуди Аллена на составляющие, то мы определенно скажем, что его фильмы - это всегда комедии с ноткой драмы, где главный герой – рефлексирующий невротик. С него и начнем.
«...Вы все это знаете: неуверенность в жизни, боязнь перед женщинами, невозможность нормальных отношений, страхи, трусость, — все то же самое, что было в свое время у Чарли Чаплина или у Бастера Китона. Стандартный материал любого комика».
Образ неудачника-интеллектуала родился у Аллена еще во времена выступлений в кабаре и постепенно перешел в кино.
Как видите, Аллен не срисовывал образ с себя, а взял его у любимых комиков, таких как Боб Хоуп, Майк Николе, Элейн Мэй и Джанатан Уинтес. Если говорить про кинематографистов, то Вуди выделял братьев Маркс («Утиный суп»). Он подчеркивал, что их фильмы остроумные, с долей сюрреализма и абсурда. А любимой звуковой комедией для Вуди остается «Белый шейх» Ф. Феллини. Черты этих больших мастеров вы можете увидеть в его первых работах.

Но человеком, определившим не столько образ его героя, сколько высокоинтеллектуальный уровень его шуток, Вуди называл Морта Сала.

"Утиный суп"
«Абсолютный мастер фразы — правда, интеллектуального типа «...». Он выходил и начинал говорить о культуре, о политике, о людях искусства, о человеческих отношениях, но все это говорилось совершенно по-новому. Это были шутки, в которых светилось подлинное понимание политики, общества, отношений между мужчиной и женщиной. Абсолютно невиданная вещь. Он держался настолько естественно, что сразу же стал предметом профессиональной зависти со стороны коллег».
Вуди Аллен
Морт Сал также вдохновил Аллена на «джазовые» диалоги: когда герой начинает говорить на одну тему, потом переключается на вторую, третью, и лишь в конце возвращается к тому, что хотел сказать. Эта музыкальная манера говорить отлично ложится на образ неврастеника, не правда ли?
Думаю, что Вуди Аллена покорили не только шутки Сала, но и то, что он был другим. Сам Вуди называл его «аутентичным». Морт Сал показал ему, что можно идти нетрадиционным путем: шутить не так как все шутят, снимать не так как все снимают, но быть верным своему художественному вкусу.
Еще с детства Вуди был влюблен в европейское кино. Он смотрел лучшие картины Феллини, Антониони, Годара, но выделял среди всех Ингмара Бергмана. Казалось бы, где комедия, а где Бергман? Но не стоит искать причинно-следственных связей в контексте жанра. Аллен и Бергман снимают разное кино, но вот подход к творчеству у них одинаковый: всегда думать о художественной составляющей картины, а не о коммерческом успехе.

"Земляничная поляна" - один из любимых фильмов Вуди Аллена
Начиная с «Энни Холл» (1977 г.), Аллен перестает снимать просто смешные комедии, где за одной шуткой следует другая. Тональность его картин меняется, появляется драматизм. Не будем исключать версии, что это влияние Бергмана. В таких фильмах, как «Сентябрь», «Другая женщина», «Интерьеры», «Воспоминания о звездной пыли», много бергмановской эстетики: напряжения, минимализма, философии; в «Манхэттене» Бергман упоминается в разговоре, а в фильме «Любовь и смерть» Вуди использует аллюзию к «Седьмой печати».
Несмотря на то, что Вуди нравится скандинавский стиль: образ жизни с одним диваном в комнате и «холодной гармонией», – режиссеру удается снимать и прекрасные яркие картины: «Вики, Кристина Барселона», «Полночь в Париже», «Римские приключения». А может, это дань любви европейскому кино.
Он считает его взрослым, конфликтным, глубоким. Он мечтал сотрудничать с европейскими операторами (они умеют работать со светом), снимать европейских актеров, и когда-то сам Вуди сыграл эпизодическую роль в «Короле Лире» Жан-Люка Годара только потому, что это Годар. К тому же европейская публика ходит на его фильмы чаще, обеспечивая тем самым покрытие расходов на съемки и прокат. В общем, если бы не любимый Нью-Йорк, Вуди Аллен перебрался бы на какой-нибудь отдаленный остров Швеции. «Если только на день», добавил бы Вуди. Он называет себя абсолютно городским человеком, любит шум и кафе за углом.
Ритм мегаполиса сказался на темпе повествования его историй. Аллен не снимает фильмы на два часа события в них разворачиваются стремительно, длительные диалоги также работают на темпо-ритм. Вуди называет это «биологическим ритмом режиссеров», определенной чувствительностью к реальности. Благодаря своей гиперчувствительности Аллен смог дополнить галерею мужских образов правдивыми и тонкими женскими портретами. Иначе мы бы не поверили в истории «Ханны...» или «Жасмин».
Про творчество Аллена хочется многое сказать, отдельно разобрать его фильмы, но в рамках заметок это сделать трудно. Поэтому давайте здесь остановимся. Напоследок приведу цитату, которая раскрывает не столько его творчество, сколько самого Вуди Аллена: «Желание контролировать реальность, написать для нее сценарий, управлять событиями, чтобы все вышло именно так, как ты хочешь. Ведь что делает писатель или сценарист? Он создает мир, в котором ему хочется жить. Он любит людей, которых придумывает, ему нравится, как они одеваются, нравится, где они живут, нравится их манера речи — появляется шанс пожить в этом мире хотя бы несколько месяцев. В моих картинах всегда присутствует это всепроникающее чувство, что идеализированная жизнь — или фантазия — великолепна, тогда как реальность — неприятна».
Made on
Tilda