note del cinema
Музыкальный мир фильма «Зеркало», реж. А.Тарковский
Простых фильмов, не перегруженных смыслом, очень много. Оттого так трепетно смотришь фильмы больших мастеров: они, будто средневековая мозаика, содержат в себе множество символов, без прочтения которых от режиссерского замысла остается лишь фабула. При просмотре Бергмана или Тарковского понимаешь, что в каждой бытовой сцене, есть что-то большее, и это «большее» хочешь разгадать. А так как символизм рождается не на пустом полотне, а лишь в связке с другими предметами, то предлагаю рассмотреть музыкальные темы в фильме «Зеркало» Андрея Тарковского.
Первая композиция звучит после эпизода с заикающимся мальчиком, под вступительные титры. Это хоральная прелюдия «Das alte Jahr vergangen ist» («Старый год ушел») И.С.Баха. Хоральная прелюдия исполнялась в католической церкви перед службой, пока собирались прихожане. Задачей этого короткого музыкального произведения было создать возвышенное, чистое, духовное настроение. Эту же атмосферу создает и режиссер в своей картине, открывая ее светлой религиозной музыкой. Он настраивает нас, зрителей, на «Исповедь» (первое название фильма), как и органист успокаивает умы верующих перед богослужением.
J.S. Bach - BWV 614 - Das alte Jahr vergangen ist


Ниже привожу подстрочник текста хорала (автор petrark из ЖЖ):



Старый год прошёл,
мы благодарим Тебя, Господь Иисус Христос,
за то, что во всех опасностях
Ты столь милостиво оберегал нас в этом году.

Мы молим Тебя, О вечный Сын
Отца на горнем троне,
Чтобы Ты изволил Твоё бедное Христианство
и дальше защищать во все времена.

Благодарить и хвалить Тебя
Со всеми ангелами вечно!
О Иисусе, нашу веру больше
<мы обращаем> к славе и чести Твоего имени!



Как видно из перевода, это текст благодарности Иисусу Христу за его милость, за еще один прожитый год. Если предположить, что герой фильма все-таки умирает, то ушедший год можно соотнести с прожитой жизнью: человек перед обретением покоя благодарит Христа.

Интересно, что в сцене сна героини Тереховой вновь играет эта мелодия. И здесь на первый план выходит не религиозное значение композиции, а ее тема. В эпоху барокко четко установилась теория аффектов: музыкальное сочинение выражало состояние человеческой души, в литературе контрастировали мистика и натуралистичность описания. Так родились темы сна, призрачной жизни; так сложилась метафоричность барокко (ср. «Времена года. Осень» ч. II «Спящие пьяные») Вивальди; «Буря» и «Сон в летнюю ночь» Шекспира).

Музыка позднего барокко часто погружает слушателя в транс, в пространство, где непонятно, что есть сон, а что реальность. Вот почему хоральная прелюдия Баха в сцене «полета» так органична. Она не просто работает на атмосферу – она и есть движение вверх. Обратите внимание: когда героиня говорит «Вот я и взлетела», а после «Я люблю тебя», – ее слова вторят движению музыкального пространства (тесситура) – высокие звуки говорят о полете к небесам, к свету.
Для справки:
хоральная прелюдия ««Das alte Jahr vergangen ist» входит в коллекцию 46 композиций, отобранных Бахом специально для «Органной книжки», которую он подарил своему сыну - Вильгельму Фридеману.
Вторая композиция – это фанданго (народный танец) «Во время плавания я сбился в пути и на свет твоих глаз вышел к (родному) порту». В этом случае выбор музыкальной композиции понятен. Тема матери, как основополагающая картины «Зеркала», считывается здесь моментально. В 1937 году, во время Гражданской войны в Испании, около трех тысяч детей были вывезены в СССР. В 1956 году им представилась возможность вернуться на родину. Многие успели создать семьи, но русские мужья не могли получить разрешение на выезд. Оттого понятно, почему так горько плачет Луиса – ее сердце разбито: чтобы вернуться в Испанию, придется оставить русских детей, а мать этого сделать не может. И далее следуют сцены кинохроники, как маленькие Луисы и Эрнесто прощаются с родителями, и возможно, навсегда.

Отрывок вы можете посмотреть по ссылке (второе видео).
Через гудок парохода меняется сцена: режиссер показывает полет на стратостате «СССР». Номер стратостата неизвестен, но учитывая тот факт, что в 1937 году стратостат под номером «3» разбился, то возможно Тарковский использовал именно эту кинохронику, ведь неспроста звучит "Stabat Mater" Джованни Перголези. «Stabat mater dolorosa» («Стояла мать скорбящая») - средневековые песнопения во время католической службы. Ниже привожу отрывок в переводе А. Фета:

Мать Скорбящая стояла
И в слезах на крест взирала,
На котором Сын страдал.
Сердце, полное волненья,
Воздыханий и томленья
Меч в груди ее пронзал.


Что за скорби и печали
Благодатную терзали
Матерь Просветленного.
Как страдала, как дрожала,
Как в терзаньи созерцала
Муки Ей рожденного.


Pergolesi "Stabat Mater Dolorosa"
Это духовное произведение, проникновенное, тонкое, взывающее к состраданию. Кадры хроники полета на стратостатах сменяются радостной, победной сценой проезда первых героев СССР – полярных летчиков, спасших экспедицию с утонувшего парохода «Челюскин». И здесь в музыкальный ряд врывается детский хор: печальное настроение не покидает, а лишь усиливает видеоряд. Тарковский оставляет за кадром погибших в полетах, катастрофах, войнах. А за каждым из них стоит скорбящая мать.
Композиция Перголези продолжается и в следующей сцене: крупный план фолианта с работами Леонардо да Винчи – любимого живописца Тарковского. Помимо эстетики да Винчи, в которой выдержан весь фильм, стоит отметить, что монотонное, даже медитативное переворачивание страниц Игнатом может отсылать зрителя к прошлым поколениям – например, Алексею, который также рассматривал портреты великого итальянского художника, находя сходство отстраненных глаз Джиневры де Бенчи и собственной матери.

Портрет Джиневры де Бенчи, автор Леонардо да Винчи
Следующая композиция – отрывок из семи-оперы Генри Пёрселла «Королева индейцев» - «They tell us that your mighty powers above» («Они говорят, что ваше могущество...»). Тонкая и чистая ария прекрасно ложится на воспоминание о первой любви Алексея. В обоих произведениях любовь зарождается во время войны, пусть и в случае с фильмом эта война игрушечная, но чувство настоящее, сильное, светлое.

Второй раз эта мелодия звучит в сцене ожидания Игнатом матери. И несмотря на, казалось бы, простоту постановки – мальчик смотрит в свое отражение, – мы считываем эмоциональное состояние Игната. В его взгляде столько же напряжения и безысходности, как в и терзаемой противоречиями героине.

Отрывок из фильма вы можете посмотреть по ссылке (второе видео)

Purcell: Z 630/19-20. They tell us that you mighty powers (The Indian Queen)
Завершают музыкальное оформление «Зеркала» две композиции И. Баха из оратории «Страсти по Иоанну». Это произведение относится к жанру духовной музыки и исполнялось в католической церкви. Содержание арий основано на евангельских текстах, относящихся к последним дням жизни Иисуса на земле.

В сцене возвращения отца (Олег Янковский) маленькие Алексей и Марина прячутся в его объятиях. Отец стыдливо прячет слезы, льющиеся по щекам. А маленький Алексей с какой-то злобой и в тоже время страхом смотрит в сторону матери (подсказка – портрет Джиневры де Бенчи), которая в этот момент безучастна. В этот эпизод Тарковский поставил «Евангельский речитатив» И. Баха. Предлагаю обратиться к его переводу.

Евангелист:



И вот, завеса в храме раздралась надвое,
сверху донизу; и земля потряслась;
и камни расселись; и гробы отверзлись;
и многие тела усопших святых воскресли.
(Перевод – Петр Мещеринов).

Ознакомившись с текстом, мы понимаем, почему режиссер поставил именно этот фрагмент в автобиографичную сцену.

Отрывок вы можете посмотреть по ссылке (третий фрагмент)
Завершает картину вступительный хор «Страстей по Иоанну» – «Господь наш владыка». Это сильное, драматическое произведение, в котором проявляются масштабность, величественность, духовное начало, раскрывается противостояние добра и зла, воздается слава Божьему Сыну.

Привожу перевод Петра Мещеринова:

Господи, Господь наш! Твоя слава
возвеличивается по всей земле!
Вразуми нас Страстию Твоею,
что Ты – истинный,
превечный Божий Сын,
прославляемый
и во уничиженьи величайшем!




Как прекрасно этот текст ложится на последний эпизод фильма: простой вопрос отца, оставшийся без ответа, а где-то вдалеке – маленькие дети и жизнь, которая вот-вот оборвется!..

Бах "Страсти по Иоанну"
Made on
Tilda