note del cinema
Лукино Висконти
2 ноября 1906 года в двух шагах от миланского Дуомо,
в самом что ни на есть дворце, родился Лукино Висконти. Его родители – герцог Джузеппе Висконти ди Модроне, настоящий аристократ, и Карла Эрба – буржуазка, семья которой сколотила состояние в области фармацевтики, вели светский образ жизни, посещая балы, занимаясь меценатством, устраивая приемы по средам. Лукино был четвертым ребенком из семи и, по словам гувернантки, – самым неуправляемым и сумасшедшим. Несмотря на то, что донна Карла воспитывала детей в строгости, приучала к дисциплине и могла дать оплеуху, маленький Лукино обожал ее и каждый вечер ждал поцелуя, подобно герою Пруста из романа «В поисках утраченного времени».

Вообще Марсель Пруст будет любимым автором режиссера, наряду с Томасом Манном и Чеховым. Но мечтал он экранизировать именно французского писателя, считая, что это будет его последней работой. Этому не суждено было случиться.

От матери Лукино получил и музыкальные способности. Донна Карла прекрасно играла на фортепиано и сама обучала детей музыкальной грамоте, но у Лукино получалось играть лучше всех. Его инструментом была виолончель. И, может быть, Висконти стал бы великим музыкантом – ведь ему предрекали такую судьбу после его успехов в Миланской консерватории! – если бы не любовь к театру, которую в нем воспитал отец. Граф Джузеппе сам писал пьесы, чаще трагедии, и сценические амбиции перешли к сыну: еще будучи подростком, Лукино придумывал различные представления для домашнего театра. Помните одну из первых сцен фильма «Гибель Богов», где вся семья собирается на дне рождения Иоахима и перед ужином смотрит творческие номера? Примерно то же самое устраивал и Лукино. Только он еще брал деньги за свои представления.
Лукино Висконти и Ален Делон на съемках "Рокко и его братья"
Театральная деятельность приносила мальчику не только деньги, в которых он, конечно, не нуждался, но и успех. «Труппу» Висконти, в которую входили все братья, сестры, кузены и кузины, даже приглашали на выступления в соседние дома. Еще будучи ребенком, Лукино проявлял жесткий характер на репетициях: он не разрешал никому импровизировать, все должно было быть только так, как он задумал (спустя годы то же самое можно будет услышать от его любимых актеров: Кардинале и Делона). А вот в кино большая семья выбиралась нечасто, как правило, по воскресеньям, но этого было достаточно, чтобы Лукино влюбился в кинематограф, а именно в гангстерские фильмы.


Соотнося детские увлечения Висконти с его киноработами, мы понимаем, откуда у него такая страсть к экранизациям крупных литературных форм и классической музыке Шопена, Вагнера, Верди. Но ведь начинал он с неореализма. Его первые картины вторят работам Витторио Де Сики, где главная роль отведена жителям окраин Милана, но уж точно не представителям привычного Висконти аристократического общества. И как ему удалось снять настолько честные и глубокие фильмы? Ответ банален: кинодебют Лукино состоялся в годы освобождения Италии от фашистского режима, когда страна была разграблена, сломлена и бедна. Если его детство проходило в отдельной ложе № 4 самого грандиозного итальянского театра «La Scala», то становление выпало на чудовищное время Второй мировой.
"Гибель Богов"
"Белые ночи"
После окончания школы Лукино, по наставлению родителей, отправился работать на одну из семейных фабрик. Кроме девушек его там ничего не интересовало, и в 1926 году он поступает в Кавалерийскую школу в Пинероло. Военное образование ему по душе: к дисциплине он приучен с детства, а катание на лошадях – это просто удовольствие. По окончанию училища удовольствие перерастает в бизнес: Лукино занимается разведением лошадей. В это время с ним происходит ужасное происшествие: из-за капризов Лукино его шоферу приходится оставить больного сына, чтобы сопровождать хозяина в поездке. По пути шофер трагически погибает. Чувствуя свою вину, Лукино всю жизнь будет выплачивать семье погибшего пособие. Но, конечно, молодому герцогу от этого будет не легче. Из-за сильных переживаний он уедет из Италии, затем закроется у себя в Тренто, не появляясь на светских мероприятиях, а занимаясь лишь лошадьми, и наконец примет решение уехать в Париж.
«В один прекрасный день я понял, что мне недостаточно любви к лошадям; мне нужно было выразить себя как-нибудь иначе, и я в одночасье продал все: и конюшню, и лошадей, – и уехал в Париж».
Те пять лет, которые Лукино проведет во Франции, будут для него самыми значимыми в творческом плане. Висконти посещал салоны, где собирались самые одаренные и смелые художники: Дали, Кокто, Матисс, Хорст, Шанель и другие. Однажды, общаясь с Коко, он сказал, что хочет серьезно заниматься кино, но у него ничего не получается. Тогда Шанель сказала, что Висконти должен познакомиться с Ренуаром: «Он человек серьезный». С этого знакомства начинается большой творческий путь Висконти как режиссера.

Лукино Висконти всегда придерживался принципа реализма. Это он усвоил у дирижера «Ла Скала» Артуро Тосканини, еще будучи ребенком. Знакомство и совместная работа с Жаном Ренуаром лишь усилили в нем желание рассказать истину, и теперь он понимал, что это возможно сделать с помощью кино.
Афиша фильма "Тони", на котором Висконти работал художником по костюмам.
«...Помню, приехав во Францию, я сразу посмотрел «Жизнь принадлежит нам» Ренуара, и фильм произвел на меня глубокое впечатление... В это горячее время – эпоху Народного фронта – я принимал все задумки, принципы, эстетические и политические идеи группы Ренуара, занимавшей левые позиции, а сам Ренуар, не являясь членом коммунистической партии, был очень близок к ней. В тот момент у меня действительно открылись глаза: я приехал из фашистской страны, где невозможно было ничего узнать, ничего прочесть, ничему научиться, ни приобрести персональный жизненный опыт. Я пережил шок. В Италию я вернулся совсем другим человеком».
Работая с Ренуаром над такими картинами как «Тони» и «Загородная прогулка» в качестве стажера по реквизиту, он проявил себя не только как знаток французской моды, но и как человек, внимательный к деталям. Точность во всем станет кредо режиссера при постановке абсолютно всех фильмов: будь то помпезные дорогие драмы или неореалистические картины. На съемках Лукино научился работать с актерами. Ренуар просил от актеров правды: «сыграть героя, а не эпизод». Никакого грима, чтобы казаться красивее, никаких ужимок и импровизации. Помимо съемок, Висконти вместе с Ренуаром смотрели картины лучших русских режиссеров: Эйзенштейна, Пудовкина, братьев Васильевых.


Висконти мечтал снять фильм о любимой подруге Коко Шанель. Средств у него не было, поэтому он отправился в Голливуд, но вернулся ни с чем; более того Америка не произвела на итальянца никакого впечатления. Висконти занимается театром, курсируя между Миланом и Парижем, пока ему не приходит телеграмма с печальной новостью: его мама умирает. После ее смерти, зимой 1939 года, Лукино переезжает в Рим. Жизнь в Италии становилась мрачнее – менялись каноны поведения в обществе: никаких рукопожатий, лишь взмах рукой, запрещено использовать иностранные слова, обращаться теперь нужно на «ты». Все понимали, что вот-вот начнется война. Неожиданно Лукино узнает о приезде Ренуара: по приглашению Муссолини тот должен был прочитать курс лекций по кино (Жан был военным, и поездка в фашистскую страну была для него приказом). Во время командировки он находит финансирование на новую картину – «Тоска» – и приглашает Лукино принять участие в съемках. Но Франция вступает в войну, и ему вновь приходится подчиниться и вернуться на родину.
За короткое время пребывания Ренуара в Италии Висконти знакомится с интеллектуалами из журнала «Cinema», с которыми в 1942 году снимает свою дебютную работу «Одержимость». Экранизация американского произведения «Почтальон всегда звонит дважды» на итальянский лад была на ура воспринята группой интеллектуалов-антифашистов, к которой принадлежал и сам Висконти. Режиссер видел в главной роли лишь Анну Маньяни, но та была беременна. Тогда ее заменила Клара Каламаи, которая была впечатлена методами работы молодого режиссера: на площадке Висконти был требователен, снимая дубль за дублем, пока актеры не падали в обморок. Но этот фильм не выпустили в прокат, из-за жестокой реальности и правды в стиле Штрогейма. И в то же время, окружение Висконти – люди из провинции, мелкие буржуа – поняли, что для этого аристократа кино – не забава: он по-настоящему талантлив.
Висконти не переживал из-за неудачи с «Одержимостью». Милан бомбили, «черные рубашки» преследовали друзей Лукино, так что его дом стал для них укрытием. Висконти решает присоединиться к итальянским войскам, как только спрячет сестру и племянницу. На обратном пути к нему присоединяются англичане и американцы, желающие также примкнуть к союзникам. Его задачей было обойти немцев, поэтому их маршрут пролегал через заснеженные горы и пещеры. Когда Лукино доставил изможденных солдат в госпиталь, он вернулся в Рим. В своем доме он продолжал укрывать партизан и после очередного прихода эсэсовцев, осознал, что и ему теперь пора где-то прятаться. Он прячется у друзей, у сестры, у Анны Маньяни, но его все же находят. Его везут в пансион Джаккарино – место страшных пыток. Его бьют с целью выпытать имена, но он молчит. Тогда его приговаривают к расстрелу. Благодаря сестре его переводят в тюрьму, а после вторжения американских войск наконец отпускают.
"Смерть в Венеции"
Замысел следующего фильма – «Земля дрожит» – родился у Висконти, когда ему подарили открытку из Ачи-Трецца – рыбацкой деревушки на Сицилии. Висконти, обожавший роман Верги «Семья Малаволья», решает снять по нему фильм. Лукино не просто хотел показать бедность юга – для него, не знавшего этой бедности, этот фильм стал исследованием: «Меня волновало только одно –- прежде всего я исследовал Ачи-Треццу». Висконти жил на Сицилии вместе с рыбаками, изучая их быт, нравы, диалект. Он отказался от профессиональных актеров, дабы вновь показать реальность, а не художественный вымысел. На площадке он объяснял задачу «актерам», а те отвечали не по сценарию, а так, как думают.
«Потому что с нами здесь обращаются как со скотиной, ничего не позволяют, а мне хочется повидать мир», - говорил один из братьев, на что другой ему отвечал: «Если ты поплывешь через Фаральони, тебя унесет буря». Эти слова они произносят на своем диалекте, который зрители, конечно, не понимают. Съемки фильма постоянно прерываются из-за недостатка средств. Лукино продает семейные драгоценности лишь бы закончить фильм. Результат – фильм освистали на Венецианском кинофестивале. Лукино все равно: что в театре, что в кино ему не нравится быть удобным. Для него успех – это драка во время спектакля. Потому он вновь и вновь берется за непростые истории, которые волнуют его. И неважно, драма ли это матери («Самая красивая» с Анной Маньяни), история разрушения семьи («Рокко и его братья», «Туманные звезды Большой Медведицы») или завершение целой эпохи («Леопард»).
"Туманные звезды
большой медведицы"
Висконти умеет снимать честное кино, в центре которого семья. Семейные ценности, ужины за большим столом, домашние концерты – культ семьи прослеживается в его творчестве, даже если это просто расстановка фотографий жены и дочери («Смерть в Венеции») или изучение «семейных портретов» («Семейный портрет в интерьере»). Герои Висконти подобны ему самому: настоящие красавцы либо люди, созерцающие красоту. Отличительной чертой режиссера, как было отмечено выше, стала его точность во всем.
Прежде чем приступить к съемкам исторической картины, он доставал все документы из архивов и изучал их. Платья девушек, их украшения, подсвечники, даже салфетки, которые не были видны, – все должно было соответствовать времени повествования. Одежду рабочих в прямом смысле снимали с рабочих, если героиня носила «Cartier» – на съемку привозили именно этот бренд; для фильма «Леопард» старейшие аристократические семьи отдавали свою посуду.
"Леопард"
Съемки фильма "Людвиг". Лукино Висконти, Роми Шнайдер и Хельмут Бергер.
Неудивительно, что такая маниакальная дотошность истощала Лукино, ведь он контролировал абсолютно все. Режиссер постоянно курил. Он признавался, что мог выкурить 80 сигарет в день и даже не заметить. Помимо этого, он постоянно пил кофе. На съемках фильма «Людвиг» у него немеет рука. Он не приостанавливает съемки, и более того, выкидывает лекарство, прописанное доктором. Через три месяца у него случается инсульт, в результате которого левая сторона остается парализованной. Несколько месяцев он находится в больнице, пытаясь восстановить здоровье. После он преступает к монтажу «Людвига», но фильм получается слишком большим. Продюсеры требуют сократить метраж, и фильм выходит в прокат абсолютно не таким, как его задумывал Висконти.
Несмотря ни на что Лукино работает над следующими картинами – «Семейный портрет в интерьере» и «Невинный». Во время съемок последнего фильма Лукино вновь поражает инсульт, и теперь он может передвигаться только в инвалидном кресле. Он продолжает работать над озвучиванием картины и вновь много курит. В марте 1976 года он не может подняться с постели. Его сестра Уберта сидит рядом с ним, слушая вторую симфонию Брамса. Как только она заканчивается, Висконти умирает.
"Рокко и его братья"
Made on
Tilda